Как меняется финансовая архитектура ЕАЭС.
В интервью изданию «Комсомольская правда» Даурен Абаев – посол Казахстана в Российской Федерации заявил, что доля взаиморасчетов в национальных валютах между Казахстаном и Россией достигла 95%.
В свою очередь премьер-министр России Михаил Мишустин на декабрьском заседании Евразийского межправительственного совета в Москве отметил, что между российским бизнесом и предпринимателями из других стран «пятерки» этот показатель еще выше – расчеты в нацвалютах превысили 98%. По словам вице-премьера России Алексея Оверчука, комментировавшего итоги того же заседания для журналистов, основная часть этих расчётов проходит в российских рублях, хотя тенге и иные нацвалюты также набирают долю.
Эти цифры — далеко не просто статистика. Это фиксация структурного сдвига, который занял почти десятилетие. Еще в начале 2010-х годов, по данным Евразийской экономической комиссии, около половины взаимного платежного оборота между странами ЕАЭС приходилось на доллары и евро.
Тогда, как отмечал председатель совета директоров Национального платежного совета России Александр Мурычев, «в любой подобной сделке так или иначе участвовали западные банки, в которых открыты долларовые или евро-счета контрагентов».
Сейчас эта зависимость де-факто преодолена, и причиной тому стал не только политический консенсус, но и давление внешних обстоятельств.
Параллельно с переходом на нацвалюты разворачивается более долгосрочный и структурно сложный проект – формирование общего финансового рынка ЕАЭС. Его цели были закреплены еще в Договоре о ЕАЭС 2014 года: свободное движение капитала, взаимный допуск финансовых организаций, единые требования к регулированию и надзору в банковском, страховом и биржевом секторах. В 2019 году Высший Евразийский экономический совет утвердил Концепцию формирования общего финансового рынка ЕАЭС, установив горизонт 2025 года. По информации ЕЭК, к этому сроку планировалось создать наднациональный финансовый регулятор с базированием в Алматы.
Реальность оказалась сложнее плановых ориентиров. Декабрьское заседание Высшего Евразийского экономического совета в Санкт-Петербурге показало: страны «пятерки» избрали прагматичный путь. По словам председателя коллегии ЕЭК Бакытжана Сагинтаева, объявившего об итогах заседания, принято решение о «дифференцированном подходе» к созданию общего финансового рынка.
«Гармонизированные нормы регулирования будут применяться только к участникам, оказывающим услуги на общем рынке. Для компаний, которые работают исключительно внутри своей страны, сохраняются национальные правила», – пояснил Сагинтаев.
По его словам, «такой подход обеспечит стабильность внутренних рынков и позволит финансовым организациям самостоятельно определять географию услуг, исходя из экономической целесообразности».
Тем не менее реальные шаги к интеграции финансовых рынков уже делаются. В январе 2025 года премьер-министры «пятерки» подписали Соглашение о трансграничном допуске к размещению и обращению ценных бумаг на организованных торгах в рамках ЕАЭС. По информации ЕЭК, документ создает основу для единого биржевого пространства союза: предприятия из любой страны ЕАЭС смогут размещать свои акции и облигации на биржах партнеров, не проходя повторную регистрацию. Член Коллегии ЕЭК по экономике и финансовой политике Бахыт Султанов охарактеризовал соглашение как «отличительную особенность»: «к обращению на организованных торгах в одном государстве ЕАЭС допускаются ценные бумаги эмитентов другой страны-участницы». В августе 2025 года Высший совет утвердил программу развития биржевых торгов; в декабре Госдума России ратифицировала соглашение о трансграничном допуске.
Однако движение к общему финансовому рынку происходит не только через межгосударственные соглашения. На практике его контуры во многом формируются через деятельность конкретных финансовых институтов, работающих в нескольких юрисдикциях одновременно. Именно здесь показательна история ВТБ (Казахстан). Банк функционирует на казахстанском рынке 17 лет, располагает сетью из 12 филиалов и специализируется на обслуживании внешнеэкономической деятельности в казахстанско-российском направлении. По словам представителей банка – все расчеты бизнеса двух стран проходящие через ВТБ осуществляются исключительно в национальных валютах.
Профессор КазНУ, доктор экономических наук Магбат Спанов в интервью «Евразия.Эксперт» отметил конкретные выгоды Казахстана от дедолларизации: снижение транзакционных издержек, уменьшение зависимости от колебаний курса доллара и возможность привлечения более дешевого финансирования внутри союза. По его словам, «дедолларизация – это мировой тренд», и Казахстан в этом смысле движется в общем направлении, а не идет против него.
Казахстанское председательство в 2026 году разворачивается именно на этом фоне. 95% расчетов в национальных валютах, это реальное достижение десятилетней работы. Соглашение о трансграничном допуске ценных бумаг, принятый дифференцированный подход к общему финансовому рынку – шаги в нужную сторону. Но полноценная финансовая архитектура союза требует большего: взаимного признания банковских лицензий, единых стандартов надзора и устойчивой платежной инфраструктуры. Астана, принимающая Евразийский экономический форум в мае 2026 года, имеет все основания сделать именно финансовую повестку центральной в своем председательском году.
